Орфей любил Эвридику. И не было этой любви равных. Однажды, гуляя по лугу, Эвридика случайно наступила на змею. Вскрикнула она и упала; лоб покрылся испариной, закатились светлые очи.

На крик прибежал Орфей и увидел свою любимую. Ударил он по струнам кифары, но не открыла Эвридика глаз своих, не потянулась к нему, как обычно. Долго оплакивал Орфей любимую, а потом решил спуститься за ней в царство теней и соединиться с ней. Ничего не взял с собой Орфей в подземное царство, кроме кифары и нераспустившей веточки вербы.

Спустился он к берегам священного Стикса, за которым лежал мир мертвых. Вот и Харон. Но когда Орфей сделал шаг по направлению к ладье, он наткнулся на поставленное лодочником поперек весло. Он знал свое дело и сказал: «Царство мертвых не для живых. Придешь, когда придет твое время».

Рванул Орфей струны кифары и запел песню. Над царством вечной тишины и безмолвия зазвучала земная песня. Харон поднял весло и облокотился на него, прислушиваясь в неведомым звукам. Продолжая петь, Орфей ступил в ладью, и вот уже он на другом берегу. На звуки его музыки бежали тени, а за ними — подземный пес Кербер. Услышав музыку, он остановился и замер, как земная охотничья собака по знаку охотника.

Когда Орфей добрался до трона подземных владык Аида и Пер-сефоны, он начал петь лучшую из своих песен — песню о любви. Пока он пел, веточка вербы распустилась. Из лопнувших почек показались зеленые листочки. Так упоителен был запах свежей зелени, лишенной смерти и тлена, что у Персефоны на глаза навернулись слезы.

Кончилась песня, и наступило молчание. Когда Аид спросил Орфея, что он хочет, тот ответил, что пришел ради своей любимой Эв-ридики. Он знал, что рано или поздно все попадут в царство мертвых, но он просил у Аида время, дать возможность Эвридике испытать радость жизни.

Аид согласился, но с одним условием: Эвридика пойдет в мир живых за Орфеем, а Орфей — за Гермесом. Если Орфей обернется, дар будет отнят.

Привел Гермес тень Эвридики, бросился к ней Орфей, но Гермес сказал ему: «Имей терпение».

И двинулись они в путь. Миновали царство Аида, Харон взял их на ладью. Вот уже и Стикс позади. Тропинка вела вверх. Гермес шел впереди, Орфей — за ним. Забрезжил свет, и вот уже осталось несколько шагов, но Орфей заволновался: не отстала ли Эвридика? Он замедлил шаг, но ничего не услышал, так как тени ходят бесшумно. Не выдержал он и обернулся. Ничего не увидел он, но уловил легкое дуновение. Аид отнял свой дар, и Орфей сам был виноват в этом.

Снова спустился к Стиксу Орфей, надеясь вновь уговорить богов. Но милость дается лишь один раз...

Какие мысли и чувства вызывает у вас миф об Орфее и Эвридике?

Миф об Эвридике и Орфее — прекрасный пример настоящей искренней любви. Орфей пошел на все, чтобы вернуть любимую. Он сделал то, что никому не удавалось: он сумел разжалобить сурового повелителя подземного царства Аида. Чуть-чуть не хватило Орфею, чтобы вернуть в царство живых любимую. Мне кажется, что в конце мифа есть мораль: нельзя вернуть то, что утрачено навсегда, как бы сильно тебе этого не хотелось.